Поездка в Италию
1873
В начале мая 1873 г.
Репин
Подробнее >>
Словарь >>, с женой Верой Алексеевной и родившейся 6 октября 1872 г. дочерью Верой, уехал в Италию. По дороге они остановились в
Вене
Подробнее >>
Словарь >>, где в то время была Всемирная
выставка
Подробнее >>
Словарь >>, на которой — впервые за границей — участвовал и
Репин
Подробнее >>
Словарь >>: на самом почетном месте русского отдела висела его картина «Бурлаки», обратившая на себя здесь не меньшее внимание, чем в Петербурге.
Выставка
Подробнее >>
Словарь >> показалась ему скучной и нудной. «...Что-то общее, выдохшееся, бесхарактерное, эти господа художники
Подробнее >>
Словарь >>, кроме студий и моделей
Подробнее >>
Словарь >>, ничего не видят»,— пишет он в письме-рапорте к Исееву. На всей выставке
Подробнее >>
Словарь >> ему показались заслуживающими внимания только знаменитый
Подробнее >>
Словарь >> «Маршал Прим» Реньо, и «Люблинская уния» Матейко. «Только Реньо да Матейко остались людьми с поэтическим энтузиазмом, и по технике
Подробнее >>
Словарь >> Реньо сильнее всех».
В письме к Крамскому Репин
Подробнее >>
Словарь >> рисует еще более безотрадную картину
Подробнее >>
Словарь >> состояния европейского искусства
Подробнее >>
Словарь >> по Венской выставке
Подробнее >>
Словарь >>: «О Вене
Подробнее >>
Словарь >> буду краток — это уже Европа
Подробнее >>
Словарь >>, но, вглядевшись, вы увидите, что это, собственно, европейский
Подробнее >>
Словарь >> постоялый двор. Все рассчитано на короткий проезд, на беглый взгляд иностранца. Даже художественные музеи
Подробнее >>
Словарь >> (Бельведер) полны плохими копиями
Подробнее >>
Словарь >>, которые однако бессовестно выдают за оригиналы (не рассмотрят, мол, торопятся) ,
«О Венской выставке
Подробнее >>
Словарь >> (не будет ли „спустя лето — по малину"? — Вы давно больше слышали). Сильное впечатление, потрясающее вынес я от картин
Подробнее >>
Словарь >> Матейко. Особенно две, да еще третья висит в Бельведере
Подробнее >>
Словарь >>: такая драма! такая сила! Вещи его висят высоко, но бьют все, и ни на что больше не хочется смотреть. (Картин
Подробнее >>
Словарь >> описывать не буду — читать скучно). Выдерживает еще Реньо, француз (фигура на коне): лучше по живописи
Подробнее >>
Словарь >> — нет...»
«Да, работают они во всю мочь, развертываются до самозабвения, до экстаза. Одно, забывают думать часто, и тогда вывозит их только практика, любовь к образам и смелость. Много, конечно, сюжетцев, композиций, но это не особенно трогает».
«...Несмотря на многие выдающиеся
Подробнее >>
Словарь >> вещи, на вообще сильные средства, которыми они завладели уже, все-таки приходишь к заключению, что пластическое искусство отстало значительно от других, идущих не только наравне с развившимися интеллектуально людьми, но даже опережающих и ведущих за собою этих людей (литература)... Искусство точно отреклось от жизни, не видит среды, в которой живет. Дуется, мучится, выдумывает всякие сюжетцы, небылицы, побасенки, забирается в отдаленные времена, прибегает даже к соблазнительным сюжетцам...»
«А немец-то как выразился! Удивительно верно, везде немец, гуманные идеи
Подробнее >>
Словарь >> для него мелочь, ему абсолют подавай, его интересуют только органические да геологические идеи
Подробнее >>
Словарь >> — „философ чистой воды!". Случаев узнать немцев у нас еще не было. Австрийцы недалеко ушли от итальянцев. В Вене
Подробнее >>
Словарь >> мы не встретили ни одной интеллигентной физиономии: на вид все лучшие субъекты кажутся торгашами табаком (в Италии — парикмахерами). Впрочем, эти заключения очень общи и относительны. Факты бывали в таком роде: мы наняли комнату на месяц у какой-то фрау, живущей с дочерью. Иногда она приходила к нам играть на рояле, который стоял в нашей комнате. Раз мы попросили ее сыграть из Бетховена. „Ведь это мой дядя,— сказала она,— я сама Бетховен", а тут же на стене висит современный портрет
Подробнее >>
Словарь >> его, мы едва признали. Немка воодушевилась и играла этот раз с большим усердием, но, конечно, тупо. Встают они (немцы) рано, и газет у них тьма-тьмущая. Но Вена
Подробнее >>
Словарь >> — это еще не немцы, тут много славян. А знать им нас нет никакой надобности. Мы не настолько дики, чтобы на нас гикать и указывать пальцами, и не настолько просвещенны, чтобы у нас можно было чему-нибудь поучиться. Страна наша также не обладает никакими заморскими чудесами, на которые стоило бы посмотреть. Нет у нас ни кратера Везувия, ни голубого грота, ни устарелых папских затей» 2.
Из Вены Репин
Подробнее >>
Словарь >> проехал в Венецию
Подробнее >>
Словарь >>, которая произвела на него чарующее впечатление. Пребывание в ней оставило у него на всю жизнь неизгладимое воспоминание.
«...Ни одно из человеческих действий
Подробнее >>
Словарь >> не произвело на меня впечатления
Подробнее >>
Словарь >> более поэтического целого, как эта прошедшая жизнь, кипевшая горячим ключом и в такой художественной форме! — пишет он тому же Исееву.— На пиаце С. Марка, перед Палаццо дожей хочется петь и вздыхать полной
грудью; да что писать про эти вещи, там труба последнего дома сделана, кажется, удивительным гением архитектуры. В Академии Веронез и Тициан во всей силе, и не знаешь, кому отдать преимущество: довольно того, что чудную вещь Тинторетто уже не замечаешь (нашей Академии следовало бы приобрести копию
Подробнее >>
Словарь >> с гениальной вещи Веронеза «Христос на пиру». Действие происходит в Венеции
Подробнее >>
Словарь >>: удивительная вещь, но громадна по размеру). Да вообще в Венеции
Подробнее >>
Словарь >> так много прелестных, поражающих вещей!.. В Венеции
Подробнее >>
Словарь >> искусство было плоть и кровь, оно жило полной венецианской жизнью, трогало всех. В картинах Веронеза скрыты граждане его времени в поэтической обстановке, взятой прямо с натуры
Подробнее >>
Словарь >>» 3.
В Венеции
Подробнее >>
Словарь >> Репин
Подробнее >>
Словарь >> пробыл 4 дня и отсюда направился во Флоренцию
Подробнее >>
Словарь >>. Он так рапортует Исееву: «Собор и прочая архитектура
Подробнее >>
Словарь >> во Флоренции
Подробнее >>
Словарь >> грандиозны и строги, особенно собор. Но город скучен — здесь нет уже божественной пиацы С. Марка, которая по вечерам превращается в громадный зал, окруженный великолепным иконостасом
Подробнее >>
Словарь >>, залитым светом, а на чудесном небе уже взошла луна. Музыка и действительно прекрасные итальянки... гуляют с итальянцами — опять Веронез в натуре
Подробнее >>
Словарь >>, опять его картины
Подробнее >>
Словарь >> вспомнишь».
«Но что засиживаться во Флоренции
Подробнее >>
Словарь >>? В Рим, в Рим, поскорее! Тут-то... Я везу целую тетрадь заметок о Риме, что смотреть (Бедекер не удовлетворяет). Приехал, увидел и заскучал: сам город ничтожен, провинциален, бесхарактерен, античные обломки надоели уже в фотографиях, в музеях».
«Галерей
Подробнее >>
Словарь >> множество, но набиты такой дрянью, что не хватит никакого терпенья докапываться до хороших вещей, до оригиналов
Подробнее >>
Словарь >>. Однако «Моисей» Микель-Анджело искупает все, эту вещь можно считать идеалом воспроизведения личности» 4.
В Рим Репин
Подробнее >>
Словарь >> прибыл 13 июня5. Этот город особенно разочаровал его. Еще до рапорта Исееву летом 1873 г. он пишет из Рима Стасову: «...Что вам сказать о пресловутом Риме? Ведь он мне совсем не нравится: отживший, мертвый город, и даже следы-то жизни остались только пошлые, поповские (не то, что в Венеции
Подробнее >>
Словарь >> Дворец
Подробнее >>
Словарь >> дожей). Там один "Моисей" Микель-Анджело действует поразительно, остальное и с Рафаэлем во главе такое старое, детское, что смотреть не хочется. Какая гадость тут в галереях! Просто смотреть не на что, только устанешь бесплодно»6.
Репин
Подробнее >>
Словарь >> имел в виду множество мелких галерей
Подробнее >>
Словарь >> с картинами
Подробнее >>
Словарь >> второстепенных старых и новых художников
Подробнее >>
Словарь >>, которым он противопоставляет великих мастеров прошлого. «...Замечательнее всего, как они оставались верны своей природе. Как Поль Веронез выразил Венецию
Подробнее >>
Словарь >>! Как Болонская школа верно передавала свой „условный" пейзаж! с горами, выродившимися у них в барокко! Как верен Перуджино и вся компания средней Италии! Я всех их узнал на их родине... на их родине тот же самый суздальский примитивный пейзаж в натуре
Подробнее >>
Словарь >>; те же большие передние планы без всякой воздушной и линейной перспективы и те же дали, рисующиеся почти ненатурально в воздухе. Все это ужасно верно перенесли они в свои картины
Подробнее >>
Словарь >> (как смешно после этого думать об изучении каких-то стилей Венецианской, Болонской, Флорентийской и других школ)»7.
Рафаэль для Репина неприемлем, по-видимому, в небольших прославленных мадоннах, которые отзываются для него чем-то «старым, детским». Напротив, в стансах Рафаэля, в Ватикане— в его собственных работах, а не в работах учеников — он видит достоинства.
«Исполняю совет инструкции не работать 1-й год, да и невозможно: если станешь работать, смотреть не будешь»8,— замечает он в своем рапорте
Подробнее >>
Словарь >>.
По «Инструкции» совета пенсионеры должны были первый год пребывания за границей только путешествовать и смотреть художественные
Подробнее >>
Словарь >> произведения. Поэтому Репин
Подробнее >>
Словарь >> за все время пребывания в Италии почти ничего не работал, проведя лето в Кастелламаре, близ Неаполя, и купаясь в море, а осень в Альбано, близ Рима.
Кажется, единственными его итальянскими работами были те этюдики с видом на Везувий, которые находятся в собрании И. И. Бродского и в Пензенском музее
Подробнее >>
Словарь >>.
Очень красочно и метко описывает Репин
Подробнее >>
Словарь >> в письме к Крамскому уличную жизнь Рима и тот чудовищный контраст между итальянской толпой и приезжими иностранцами-путешественниками, который его больше всего там поразил.
«...Насколько хватит терпения и времени, я постараюсь описать Вам некоторые римские сюжеты
Подробнее >>
Словарь >>».
«Во-первых, с тех пор, как я за границей, мысли мои настроены иначе вообще, а потом, даже в каждой местности думалось опять иначе. Мы привыкли думать, что итальянцы ничего не делают, воспевая dolсе fаг niente; об угнетении народа в этих странах якобы и помину нет. Действительно, здесь все это ничтожно, не стоит внимания; экая важность, что иностранец, мчась во весь карьер на осле, сбил с ног старика! Старик коленом упал в помидоры, стоявшие тут же, на узкой улице, подавил кучу слив. Это пустяки; никто не обращает внимания. Извозчики даже не кричат, а преспокойно задевают неосторожных — улицы узки. Четыре человека несут громадную бочку вина, перетянув ее какими-то отрепками; жара, на гору, пот в три ручья; нам страшно глядеть на этих подобий человека; однако же все равнодушны, проходят, не обратив ни малейшего внимания. Погонщики ослов в Кастелламаре, это уже по увлечению (вообще итальянцы все почти делают по увлечению, с невероятной энергией), поспевают бегать, наравне с лошадьми, целые десятки верст (персидские скороходы теперь уже не сказка для меня), сопровождая господ, пожелавших сделать прогулку верхами; будете ли Вы жалеть его, когда он, уцепившись за хвост Вашей лошади, в гору, подстегивает еще ее на сильном галопе; и так до конца прогулки; а вечером Вы уже увидите его держащим вожжи осла, запряженного в маленькую тележку; осел вскачь, а он поспевает угодить не умеющим ездить верхом на ослах толстым англичанам (сколько комизму!)».
«Впрочем, это не римские сюжеты
Подробнее >>
Словарь >>, это все еще Неаполитанский край. Тут тише: осла только страшными ударами палки можно заставить подпрыгивать рысцой... Мы едем сюда искать идеального порядка жизни, свободы, гражданства и вдруг — в Вене
Подробнее >>
Словарь >>, например, один тщедушный человек везет на тачке пудов 30 багажу, везет через весь город (знаете венские концы!), он уже снял сюртук, хотя довольно холодно, руки его дрожат, и вся рубашка мокра, волосы мокры, он и шапку снял... лошади дороги. Но, повторяю, что все это нисколько не интересные сюжеты
Подробнее >>
Словарь >> для художников
Подробнее >>
Словарь >>, надо быть богатым Байроном, чтобы громить ими нерациональное общество. А какое от этого удовольствие, кроме общей ненависти! Нет, здесь художники
Подробнее >>
Словарь >> не избалованный народ, они знают силу денег, они из кожи лезут, чтобы угодить богатым людям. Верх счастья для художника
Подробнее >>
Словарь >> Италии — взять заказ, что бы там ни пришлось делать, только бы заказ. Альтамур, очень даровитый неаполитанский художник, сошел с ума оттого, что у него перебили заказ; знаменитый
Подробнее >>
Словарь >> Морелли пишет занавес для Салернского театра
Подробнее >>
Словарь >>, пишет мадонн — лишь бы заказ. Да, тут совершается воочию и на первый взгляд неприятно поражает — эта изнанка жизни: лишь бы у вас были деньги, все делается для вас»9.
Желая ближе ознакомиться с тогдашними итальянскими знаменитостями
Подробнее >>
Словарь >>, а также с художниками-иностранцами, работавшими и гремевшими в Риме, Репин
Подробнее >>
Словарь >> начал планомерно посещать их студии.
Из итальянцев особенной славой пользовался тогда Доменико Морелли (1826—1901), быть может, самый даровитый итальянский живописец XIX в., автор известных картин
Подробнее >>
Словарь >> «Тасс с Елеонорой», «Рыцарь с пажами», «Искушение св. Антония». Репин
Подробнее >>
Словарь >> называет его замечательным
Подробнее >>
Словарь >> колористом, самобытным художником, реформатором и создателем целой школы.
В то время славились уже и его ученики — Боскетто, Альтамур 10 и Дон-бани, в студиях которых он также перебывал, находя всех их интересными и разнообразными.
Но больше всех гремели в 70-х годах работавшие там испанцы. У этих Репин
Подробнее >>
Словарь >> также был, но обо всех, кроме Фортуни, отзывается в письмах весьма сдержанно.
«Закончил [осмотр достопримечательностей] хождением по мастерским знаменитостей (испанцы) —Фортуни11, Вилегас12, Тускветс13 и еще несколько, но эти господа, однако же, глухи к громкому гласу классики
Подробнее >>
Словарь >>, которая так неутолима в Риме: они, напротив, глаза проглядели на парижских знаменитостей
Подробнее >>
Словарь >> и, с легкой руки Мейссонье, наполняют галереи
Подробнее >>
Словарь >> любителей крошечными картинками, содержанием которых большею частью служат шитый золотом мундир и тому подобные неодушевленные предметы; по легкости своей такое содержание исчерпывается изумительно (да здравствует терпение!), а Гупиль 14 платит хорошие деньги» 15.
Это первое письмо-рапорт Исееву Репин
Подробнее >>
Словарь >> заканчивает извещением о своем намерении скоро отправиться в Париж
Подробнее >>
Словарь >>. О Париже
Подробнее >>
Словарь >> он начинает подумывать уже летом 1873 г. в Риме, как видно из его письма к Стасову: «На зиму я подумываю о Париже
Подробнее >>
Словарь >>. Рим мне не нравится, такая бедность, и даже в окрестностях, а о рае-то земном, как его прославляли иные, нет и помина. Это просто-напросто восточный город, мало способный
Подробнее >>
Словарь >> к движению
Подробнее >>
Словарь >>. Нет, я теперь гораздо более уважаю Россию! Вообще поездка принесет мне так много пользы, как я и не ожидал. Но я долго здесь не пробуду. Надо работать на родной почве. Я чувствую, во мне происходит реакция против симпатий моих предков: как они презирали Россию и любили Италию, так мне противна теперь Италия с ее условной до рвоты красотой
Подробнее >>
Словарь >>» 16.
В письме из Неаполя от 2 августа он пишет тому же Стасову после посещения мастерских Морелли и его учеников: «...Итальянцы и теперь, как всегда, живут только одной формальной стороной. Нет, я уже давно порешил: в Париж
Подробнее >>
Словарь >>, в Париж
Подробнее >>
Словарь >>, только теперь я уразумел величие французов! Это и есть настоящая цель, а остальное все, конечно, любопытно; но все это — закоулки» 17.
Еще энергичнее выражается он в письме к Стасову от 19 августа: «„...Настоящего искусства
Подробнее >>
Словарь >> до сих пор еще не было" в пластике
Подробнее >>
Словарь >>. Его не было и у французов, за исключением попыток Курбэ, которого теперь я глубоко уважаю, как яркое начало. Да, поеду в Париж
Подробнее >>
Словарь >>, но теперь я не жду многого и от этой поездки (надо! непременно). Нет, я полетел бы теперь в Питер и разразился бы там целой сотней картин
Подробнее >>
Словарь >>, но ни красоты
Подробнее >>
Словарь >>, ни небывалых идеалов не увидели бы смотрящие — нет, они увидели бы, как в зеркале, самих себя и „неча на зеркало пенять, коли рожа крива"...
„Кастратская" Италия мне ужасно надоела. Я хочу переехать на некоторое время в Альбано, к Антоколю...»18.
Исполняя просьбу Крамского, Репин
Подробнее >>
Словарь >> описывает ему быт русских художников в Риме. «...К Риму я привыкнуть не мог; надоел он мне своей ограниченностью, ужасно надоел! Должно быть, надо год прожить, чтобы он понравился; а впрочем, Ковалевскому он сразу понравился: „патриархальности много", говорит. Вообще Вы тут не узнали бы даже таких франтов, как Семирадский; все они ходят в засаленных, запятнанных сюртуках (черных, без пальто, чтобы походить на туземца — дешевле берут мошенники-итальянцы) и отрепанных и прорванных на некоторых местах брюках. Запустили бороды, волосы, одичали совсем. Зато удобно изучать чистое искусство
Подробнее >>
Словарь >>: на via felice (счастливая улица) сидит куча людей — чучарки, чучары, женщины, девушки, мальчики (целое сословие, ночующие почти в сарае); между ними особенно выдается голова для спасителя — отрастил волосы ниже конца лопаток, и только костыль (хромой он) да шляпа делают его современным человеком. Цвет
Подробнее >>
Словарь >> лица смугл — он никогда не моется. Старик — для бога-отца модель: волосы длинные и жесткие, как дроты торчат из-под шапки, борода совсем желто-грязная, вообще делает вид, с волосами — невылазной грязи. Напротив лавка (множество их) с целым фронтом манекенов и живописных
Подробнее >>
Словарь >> принадлежностей. Скульпторы, в бумажных
Подробнее >>
Словарь >> колпаках, самоделковых, поминутно шныряют из одной студии в другую, работают почти на улице — все видно, и какая масса; можно смело, без преувеличения, сказать, что весь нижний
Подробнее >>
Словарь >> этаж Рима есть Studia di scultura 19, с подписями имен художников
Подробнее >>
Словарь >>».
«Но погода здесь стоит удивительная: один день, как другой, на голубом небе ни облачка, солнце светит... до скуки. Деревья оделись новой зеленью, новая зеленая трава... А скучно, точно забытая богом, отсталая земля».
«Мне бы хотелось видеть осень с желтыми листьями, стать под осенний свежий ветер, пройтись под осенним дождиком. Ах, везде, видно, хорошо, где нас нет! — В Париж
Подробнее >>
Словарь >> еще!..»20
«Боткин21 делает двор монастыря
Подробнее >>
Словарь >> капуцинов (идиллия с маленькими фигурками). Постников22 — дворик с садиком женского монастыря
Подробнее >>
Словарь >>. (Одна монахиня благоговейно наклонилась перед цветущим цветком, а две Другие стоят благоговейно, чтобы окончательно не развалиться от несовершенства) ».
«Фортуни-испанец — профессора, ветошь, старики, С.-Луккской Академии осматривают натурщицу
Подробнее >>
Словарь >>, для классов. Превосходная вещь, столько юмору, комизму, а исполнение изумительно: это, впрочем не особенно интересует художника
Подробнее >>
Словарь >>; другая — „Репетиция ролей", в саду
Подробнее >>
Словарь >>,— восхитительно, оригинально».
«Интереснее всего в разговоре то, что Гупиль за эти маленькие картинки платит Фортуни по 50 000 франков. Вот что всех сводит с ума...».
«Антокольский23 работает „Христа" (хорошо идет) и мечтает скоро вернуться в Россию. Чижов делает маленького Ломоносова, его „Крестьянин в беде" — очень хорошая вещь. Семирадский делает сепией
Подробнее >>
Словарь >> свою „Грешницу" в маленьком виде, за 2000 руб. для его высочества: Ковалевский — черкесов с лошадьми, в разных позах»24.
«Что написать Вам про Поленова
Подробнее >>
Словарь >>?25 Малый он чудесный, в Италии я с ним гораздо более сошелся. Мне было особенно приятно найти товарища, ругать Италию и ругать любителей Италии, и мы, что называется, душу отводили. Когда я приехал, он уже уложил вещи, чтобы ехать. Работ его здесь я не видал; только под Неаполем (шутя) кое-что баловал. Товарищ он хороший. Мы мечтали о будущей деятельности на родной почве. Впрочем, Прахов и Антокольский о нем незавидного мнения — „полено", говорят. А я думаю, что он и талантлив и со вкусом. Однако разве в нем самодеятельности мало»26
Из всех римских писем Репина видно, что ему понравился только Фортуни, но по-настоящему он был увлечен одним лишь Курбэ, вещи которого ему удалось увидать.
Из членов русской колонии в Риме Репин
Подробнее >>
Словарь >> особенно рад был встрече с Антокольским, который давно уже с нетерпением поджидал своего академического друга. На Антокольского Репин
Подробнее >>
Словарь >> произвел отличное впечатление своей бодростью и ясностью своих взглядов, о чем он тотчас же пишет Стасову:
«Теперь начну с самого приятного, а именно с Репина. Ужасно он радует меня тем, что переменился к лучшему! Ясность взгляда на искусство и на жизнь крепко у него связана. Он не отклоняет ни одного из них двух ни на шаг. Его образ мыслей ясен, его творчество верно. Одно, в чем только я не могу согласиться с ним,— это то, что от „реального" он часто доходит до „натуралистического", т. е. „то только хорошо, что природа дает"»27.
Других соотечественников он как-то сторонился, особенно избегая А. В. Прахова, который по старой петербургской привычке постоянно ходил к Репиным
Подробнее >>
Словарь >>.
«О Прахове много говорить нечего,—пишет он Стасову,—это человек маленький, с чисто обезьяньей способностью
Подробнее >>
Словарь >> дрессироваться; вне дрессировки и традиций он ничего не видит или боится видеть»28.
Стасов
Подробнее >>
Словарь >>, недолюбливавший Прахова, ему посочувствовал, что же касается «реляции» Антокольского, то, получив ее, он, конечно, скорее посочувствовал Репину
Подробнее >>
Словарь >>, нежели Антокольскому в возникшей между ними дискуссии. Антокольский, бывший за несколько лет перед тем гораздо радикальнее Репина во взглядах на задачи и средства искусства
Подробнее >>
Словарь >>, теперь, поживя в нивелирующей художественной среде Рима, значительно сдал в своем радикализме и оказался неожиданно правее Репина.