В.Д. ГОЛОВЧИНЕР
ИЗ ИСТОРИИ ПОПУЛЯРИЗАЦИИ РЕПИНСКОГО ТВОРЧЕСТВА
Подробнее >>
Словарь >> В ДОРЕВОЛЮЦИОННЫЕ ГОДЫ
Хотя огромный талант
Подробнее >>
Словарь >> Репина проявился вполне уже в семидесятые годы, но попытки популяризировать его творчество в печати, сделать его произведения достоянием русского общества относятся лишь к девяностым и, главным образом
Подробнее >>
Словарь >>, к 1900-м годам.
Ярым пропагандистом репинских произведений явился, как известно, В. В. Стасов
Подробнее >>
Словарь >>, ревниво следивший за развитием творческого пути художника
Подробнее >>
Словарь >> и уделявший ему огромное внимание в своих статьях, публицистических выступлениях и в личных
Подробнее >>
Словарь >> дружеских отношениях. При его же содействии появился первый значительный сборник [К 1891 г. относится издание Е. Ц. Кавос “Альбом фотографических снимков с картин
Подробнее >>
Словарь >> и эскизов
Подробнее >>
Словарь >> И. Е. Репина”. В этом альбоме 20 фотографий
Подробнее >>
Словарь >> с картин
Подробнее >>
Словарь >>, которые были на первой персональной выставке
Подробнее >>
Словарь >> произведений Репина в октябре 1891 г. в Петербурге.] воспроизведений репинских картин
Подробнее >>
Словарь >> в виде альбома со вступительной статьей в издании Экспедиции заготовления государственных бумаг
Подробнее >>
Словарь >>, в 1894 г. [“Русские художники
Подробнее >>
Словарь >>. Илья Ефимович Репин
Подробнее >>
Словарь >>”. П., Экспедиция заготовления государственных бумаг
Подробнее >>
Словарь >>, 1894. — То же издание было выпущено на французском и немецком языках.], а семью годами позже, в год тридцатилетнего юбилея деятельности Репина, в журнале “Искусство и художественная промышленность
Подробнее >>
Словарь >>”, руководимом, по существу, тем же Стасовым, анализу творчества
Подробнее >>
Словарь >> художника
Подробнее >>
Словарь >> была посвящена статья А. Павловского. Во второй половине девяностых годов вышел также альбом картин
Подробнее >>
Словарь >> и рисунков
Подробнее >>
Словарь >> Репина, изданный известным гравером В. В. Матэ. [“И. Е. Репин
Подробнее >>
Словарь >>. Альбом картин
Подробнее >>
Словарь >> и рисунков
Подробнее >>
Словарь >>”. П., изд. В. В. Матэ, 1897.]
Хотя эти ранние издания, посвященные Репину
Подробнее >>
Словарь >>, сыграли некоторую роль в деле ознакомления с работами художника
Подробнее >>
Словарь >>, но они были весьма скудны как по составу иллюстрационного материала, так и в отношении интерпретации репинского творчества
Подробнее >>
Словарь >>.
Роскошно изданный альбом Экспедиции заготовления государственных бумаг
Подробнее >>
Словарь >> содержал всего 11 иллюстраций
Подробнее >>
Словарь >> на отдельных листах (и 20 — в тексте), причем подбор их не отличался продуманностью и был обусловлен, вероятно, вкусом редакции венского журнала “Die graphischen Kunste”, по заказу которого Экспедиция изготовляла клише, оговорив себе “право воспользоваться означенною работою для самостоятельного издания”. [“Русские художники
Подробнее >>
Словарь >>. Илья Ефимович Репин
Подробнее >>
Словарь >>”, стр. 11.] В число одиннадцати страничных воспроизведений включена, например, такая неудачная картина, как “Прогулка”, приведенная автором статьи, по-видимому, как пример того, что Репин
Подробнее >>
Словарь >> “ни в чем не уступает известным художникам
Подробнее >>
Словарь >> элегантной будуарной живописи
Подробнее >>
Словарь >>”. [“Русские художники
Подробнее >>
Словарь >>. Илья Ефимович Репин
Подробнее >>
Словарь >>”, стр. 23.] В этой статье, которая представляла собою почти сплошь извлечения из очерка о Репине, написанного для венского журнала петербургским корреспондентом иностранных газет и журналов Г. Норденом, реализм художника
Подробнее >>
Словарь >> трактуется как стремление изобразить “мученичество современное, бессердечное”, в картине же “Крестный ход” автор усматривает тенденцию
Подробнее >>
Словарь >>, выраженную “до крайности”: “все привлекательное и трогательное в проявлениях народной жизни доведено здесь до карикатуры
Подробнее >>
Словарь >> и историческая объективность уступила место тенденциозному пессимизму”. [Там же, стр. 14, 17.]
Еще менее убедительна многословная, но легковесная статья А. Павловского, помещенная в журнале “Искусство и художественная промышленность
Подробнее >>
Словарь >>”. Автор без всяких оснований сближает репинское восприятие действительности с толстовством и аргументирует свое положение ссылкой на одну из неудачных картин
Подробнее >>
Словарь >> Репина — “Иди за мною, Сатано”, причем тут же неожиданно заявляет: “Но... я не видел картины
Подробнее >>
Словарь >> Репина”. [“Искусство и художественная промышленность
Подробнее >>
Словарь >>” 1901, № 12, стр. 341.] Внешнее оформление статьи вполне соответствует ее сумбурному содержанию.
Альбом картин
Подробнее >>
Словарь >> и рисунков
Подробнее >>
Словарь >> Репина, изданный В. В. Матэ, содержит 16 репродукций, подобранных в хронологическом порядке, разнообразно и со вкусом. Большая часть номеров представляет собой гравюры
Подробнее >>
Словарь >> и офорты
Подробнее >>
Словарь >> самого В. В. Матэ с картин
Подробнее >>
Словарь >>, портретов
Подробнее >>
Словарь >> и рисунков
Подробнее >>
Словарь >> Репина, начиная с академических работ художника
Подробнее >>
Словарь >>. При всех достоинствах альбом несомненно был рассчитан на небольшой круг любителей искусства
Подробнее >>
Словарь >> и мало был доступен для широкой публики. Никакой статьи о творчестве
Подробнее >>
Словарь >> художника
Подробнее >>
Словарь >> в альбоме нет.
Целый ряд обширных публикаций репинских произведений появился в последующие годы. В частности, большое внимание уделял Репину
Подробнее >>
Словарь >> в начале своего существования журнал “Мир искусства
Подробнее >>
Словарь >>”, всячески стремившийся к тому, чтобы привлечь художника
Подробнее >>
Словарь >> в свой лагерь: в первом же номере Репин
Подробнее >>
Словарь >> был назван в числе сотрудников журнала, один из последующих номеров предположено было полностью посвятить его творчеству
Подробнее >>
Словарь >>. [С. Дягилев. Письмо по адресу И. Репина. — “Мир искусства
Подробнее >>
Словарь >>” 1899, № 10, стр. 4.]
Однако очень скоро начала обнаруживаться полная идейная антагонистичность Репина как художника-реалиста и продолжателя национальных традиций русского искусства
Подробнее >>
Словарь >> по отношению к деятелям “Мира искусства
Подробнее >>
Словарь >>”, открыто выступавшим с пересмотром этих традиций и ставившим своей преимущественной целью “искать начало обновления и прогресса на Западе”. [С. Дягилев. Передвижная выставка
Подробнее >>
Словарь >>. — “Новости и биржевая газета” 1897, № 67, от 5 марта.] В дальнейшем творчество Репина, наиболее яркого выразителя идейного начала в русской живописи
Подробнее >>
Словарь >>, они начали трактовать как “направленство” и “деградацию искусства
Подробнее >>
Словарь >>”. А. Н. Бенуа
Подробнее >>
Словарь >> в одной из своих статей о Репине этого периода упоминает об “ухарстве и жесткости в колорите” последних произведений мастера
Подробнее >>
Словарь >>, сравнивая же его с Крамским, приходит к такой оценке “грубых по живописи
Подробнее >>
Словарь >>, но сильных по характеристике” репинских работ: “Если бы Репин
Подробнее >>
Словарь >>, обладающий бесспорно одним из самых могучих живописных
Подробнее >>
Словарь >> дарований в русской школе, обладал в то же время выдержанной системой, твердостью технических знаний и интеллектуальной развитостью Крамского, то Репин
Подробнее >>
Словарь >> был бы одним из величайших художников
Подробнее >>
Словарь >> своего времени. Теперь же он только один из величайших художников
Подробнее >>
Словарь >> в России последней четверти XIX века”. [А. Бенуа
Подробнее >>
Словарь >>. Русский музей
Подробнее >>
Словарь >>. М., изд. И. Кнебель, 1906, стр. 79 — 80.]
Скоро отношения между Репиным
Подробнее >>
Словарь >> и художниками
Подробнее >>
Словарь >> круга “Мира искусства
Подробнее >>
Словарь >>” перешли в открытую неприязнь и неоднократно вызывали резкую полемику, принимавшую подчас крайне острый характер.
Разгар ее относится к 1911 — 1912 гг., когда деятели “Мира искусства
Подробнее >>
Словарь >>” начали резко критиковать в печати руководство Академии художеств
Подробнее >>
Словарь >>, к которому на протяжении многих лет был причастен Репин
Подробнее >>
Словарь >>; в свою очередь, Репин
Подробнее >>
Словарь >> уничтожающе писал о “пигмеях-переоценщиках”, подвергавших своей критике
Подробнее >>
Словарь >> все и пытавшихся устанавливать “новые кодексы”. [И. Репин
Подробнее >>
Словарь >>. Об Александре Бенуа
Подробнее >>
Словарь >>, Обере и прочих... — “Биржевые ведомости”, вечерний выпуск, 1911, № 12644, от 19 ноября. См. также выступления Репина и Бенуа
Подробнее >>
Словарь >> на Всероссийском съезде художников
Подробнее >>
Словарь >>. — “Труды Всероссийского съезда художников
Подробнее >>
Словарь >>”, 1911 — 1912 гг., т. III, отд. VIII.]
Но несмотря на всю заостренность их тогдашней полемики по вопросам теоретическим, все же в оценке Репина как художника
Подробнее >>
Словарь >> и в определении его места в истории русской живописи
Подробнее >>
Словарь >> отдельные члены “Мира искусства
Подробнее >>
Словарь >>” в ряде случаев коренным образом
Подробнее >>
Словарь >> расходились с основной линией своей группы.
Так, в самые горячие дни споров и дебатов между Репиным
Подробнее >>
Словарь >> и “дягилевской группой” совершенно независимую линию в суждениях о Репине убежденно и настойчиво проводил художник и искусствовед С. П. Яремич. Обычно он выполнял роль парламентера между “Миром искусства
Подробнее >>
Словарь >>” и Репиным
Подробнее >>
Словарь >>, когда делались шаги для привлечения его к совместной работе, а в период особо напряженной взаимной критики
Подробнее >>
Словарь >> выступал в печати, в противовес своей группе, с неизменно положительной оценкой творчества
Подробнее >>
Словарь >> Репина.
С именем С. П. Яремича связан один из первых опытов популяризации творчества
Подробнее >>
Словарь >> Репина среди широких кругов русского общества путем издания лучших его произведений массовым тиражом. По этому поводу между С. П. Яремичем и И. Е. Репиным
Подробнее >>
Словарь >> возникла переписка, которая представляет интерес для характеристики эстетических позиций обоих художников
Подробнее >>
Словарь >>.
В октябре 1912 г. Яремич обратился к Илье Ефимовичу по поручению журнала “Солнце России” с запросом об условиях, на которых Репин
Подробнее >>
Словарь >> разрешил бы репродуцировать некоторые из своих картин
Подробнее >>
Словарь >> в специально посвященном ему художественном альбоме. С. П. Яремич просил принять его для беседы, в связи с заказанной ему вступительной статьей.
Вот текст этого письма:
Редакция художественно-литературного журнала “Солнце России”
Редактор Александр Эдуардович Коган.
9 октября 1912 г.
Многоуважаемый Илья Ефимович.
Редакция “Солнца России” предпринимает издание целого ряда альбомов, посвященных выдающимся
Подробнее >>
Словарь >> русским художникам
Подробнее >>
Словарь >> нашего времени. Цель этого издания дать широким кругам публики настоящее представление о произведениях лучших наших мастеров
Подробнее >>
Словарь >>. Каждый альбом будет заключать в себе по 12 воспроизведений, из которых часть будет в красках
Подробнее >>
Словарь >>, а часть в один тон
Подробнее >>
Словарь >>. Выбор художественных произведений
Подробнее >>
Словарь >> и текст, уясняющий характер творчества
Подробнее >>
Словарь >> каждого мастера
Подробнее >>
Словарь >> в отдельности, поручены мне. В первую очередь намечены следующие имена — И. Е. Репин
Подробнее >>
Словарь >>, В. А. Серов, Ф. А. Малявин, М. А. Врубель и И. И. Левитан. Но прежде чем начать это издание, редакции “Солнца России” необходимо заручиться Вашим согласием на воспроизведение картин
Подробнее >>
Словарь >> Ваших в альбоме.
Я со своей стороны прошу Вас не отказать в этом, так как дело очень спешное и мне необходимо подготовиться для составления текста. Льщу себя надеждой, что Вы не оставите мое письмо без ответа.
С глубоким уважением С. Яремич.
Степан Петр. Яремич
В. О., 17 линия, д. № 2, кв. 11. [Письмо находится в бумагах
Подробнее >>
Словарь >> Репина, хранящихся в Академии художеств
Подробнее >>
Словарь >>; публикуется впервые.]
В ответ Яремич получил из Куоккала письмо, чрезвычайно ярко характеризующее отношение Репина к тому “лагерю”, к которому принадлежал его корреспондент.
28 окт. 1912 г.
Куоккала.
Многоуважаемый Степан Петрович.
Я свободен и непременно дома по средам от 3-х час., если Вы пожалуете ко мне, то я с полною откровенностию отвечу на все Ваши вопросы. Относительно условий помещения в журнале “С. Р.” моих картин
Подробнее >>
Словарь >>, я соглашаюсь на те же, какие приняты наследниками Врубеля и Серова.
В оценке моей личной художественной деятельности, мне кажется, едва ли тактично пользоваться автором: здесь неизбежны пристрастия и недомолвки. Особенно в данном случае, когда Вы, с точки зрения новых шагов искусства
Подробнее >>
Словарь >>, будете судить представителя уже отживших традиций... Притом же художника
Подробнее >>
Словарь >>, на закате дней, совсем определившегося и использованного до скуки... Психически, Вы рискуете натолкнуться на болтливого старичка, не способного уже воспринимать новых веяний, упорно закопавшегося в своем...
Как видите, я сразу открываю свои карты и не прошу никакой пощады. Разговор со мною у Вас может быть только наблюдательный; я уверен, что итоги моей деятельности в Вашем лагере уже подведены — как художника
Подробнее >>
Словарь >>; а как человека — при живом человеке неудобно подымать <этот вопрос>, неизбежна скука сдержанности; надо дать умереть субъекту, тогда только появится разносторонний материал; разумеется, если личность выдержит и завладеет настолько общим вниманием, чтобы не впасть с ним в скуку ординарной фальши посредственных снисхождений и ограниченных суждений о скучной старой истории будущего забвения.
С желанием Вам всего лучшего
Илья Репин
Подробнее >>
Словарь >>.
[На конверте: Степану Петровичу Яремичу. С.-Петербург, В. О., 17 л., д. 2, кв. 11. От Ильи Репина — Куоккала. Письмо принадлежит автору этой статьи; публикуется впервые.]
По общему тону письмо противоречиво: в первой его части И. Е. Репин
Подробнее >>
Словарь >> выражает готовность встретиться с С. П. Яремичем, который, безусловно, был ему хорошо известен как автор вышедшей за год перед этим в свет монографии о Врубеле, как один из наиболее значительных исследователей русского искусства
Подробнее >>
Словарь >>; Илья Ефимович обещает ему “с полною откровенностию ответить на все вопросы”, но уже через несколько строк в словах его сквозит неуверенность в том, что беседа их будет плодотворна: он выражает опасение, что Яремич, критик определенного “лагеря”, будет судить его “с точки зрения новых шагов искусства
Подробнее >>
Словарь >>, как представителя уже отживших традиций”. Непосредственное желание дать автору будущей статьи весь нужный ему материал уступает место характерному для Репина в те годы тону неприязни и недоверия к “невежественным верзилам дома Тифониума”. [И. Репин
Подробнее >>
Словарь >>. Об Александре Бенуа
Подробнее >>
Словарь >>, Обере и прочих... — “Биржевые ведомости”, вечерний выпуск, 1911, № 12644, от 19 ноября.]
В архиве Репина хранится ответное письмо Яремича; оно является ярким документом, до конца раскрывающим позицию его в отношении Репина.
1 ноября. Четверг.
Многоуважаемый Илья Ефимович.
Обстоятельства сложились так, что вчера я не имел возможности приехать к Вам, но непременно буду у Вас в среду на будущей неделе.
А теперь я хочу возразить Вам на один пункт Вашего письма, в котором Вы ставите между Вами и мной преграду “точки зрения новых шагов искусства
Подробнее >>
Словарь >>”.
Простите меня, но ничего не может быть несправедливее этой мысли. Каждый из нас скован своим временем и той средой, в которой приходится вращаться и жить, но тот, кому дорого искусство, останется верным тем элементам, в которых заключается настоящая, а не фиктивная сила.
Для меня лично ценность Ваших индивидуальных качеств заключается в том, что Вы остались верны своему времени и никогда не подделывались и не подделываетесь под так называемые новые вкусы, которые раньше менялись один раз в 25 лет, а нынче каждые 5 лет, если только не чаще.
И потом, что такое старое и молодое в искусстве
Подробнее >>
Словарь >>? То, что сегодня называется молодым, — завтра будет нестерпимо и до тошноты старо. Но зато девяностолетний Тициан всегда будет моложе целых легионов самых молодых юношей, так как его страсть к искусству
Подробнее >>
Словарь >> и к жизни не превзойдена никем.
Всякое художественное произведение
Подробнее >>
Словарь >>, которое, помимо своих технических достоинств, еще связано крепкими узами с жизнью того времени, когда оно возникает, может только делаться драгоценнее, а никак не отцветать.
И именно эта связь с жизнью, страсть к ней и есть в Вашем искусстве
Подробнее >>
Словарь >> — и в этом огромная Ваша заслуга (совершенно без всяких комплиментов!) в русском искусстве
Подробнее >>
Словарь >>.
Вот мое мнение.
Скажу лично о себе: как бы ни были незаметны и малы размеры моего собственного дарования, но то, что я люблю до страсти, — это искусство, природа и жизнь, и единственно в этом нахожу смысл своего существования. И это может служить доказательством искренности
Подробнее >>
Словарь >> моих слов.
Искренно Вас уважающий С. Яремич.
В. О., 17 линия, д. 2, кв. 11.
Статья Яремича о Репине появилась как введение к альбому его произведений в издании “Солнца России” [Статья эта появилась без подписи.], — она невелика по объему и, естественно, не претендует на глубину всестороннего исследования, но представляет несомненный интерес, так как цель ее — утвердить за Репиным
Подробнее >>
Словарь >> ведущее место в истории русской живописи
Подробнее >>
Словарь >> и подчеркнуть в его творчестве
Подробнее >>
Словарь >> социально-прогрессивные тенденции
Подробнее >>
Словарь >>. Для него Репин
Подробнее >>
Словарь >> — художник-новатор, “смело разомкнувший круг традиционных исторических, мифологических и условно-жанровых сюжетов
Подробнее >>
Словарь >>”. Развивая, в сущности, положения, высказанные в приведенном выше письме, С. П. Яремич называет Репина основоположником реализма в русском искусстве
Подробнее >>
Словарь >>, “живописцем
Подробнее >>
Словарь >> историческим, тяготеющим к образам напряженной и яркой энергии”, владеющим цветом и формой “исключительной драматической выразительности
Подробнее >>
Словарь >>”. Далее Яремич пишет о том, что “никакие теории не поколеблют обаяния его творчества
Подробнее >>
Словарь >>, памятника целых десятилетий русского художественного
Подробнее >>
Словарь >> сознания... Нам придется в ближайшем будущем праздновать семидесятилетие Репина. Это дает, казалось бы, повод назвать его патриархом русской живописи
Подробнее >>
Словарь >>. Но подобает ли такое прозвище неутомимому труженику, пламенному спорщику, самому пылкому из юношей нашего искусства
Подробнее >>
Словарь >>?”
Репинский альбом в издании “Солнца России”, действительно, представлял собою серьезный шаг в деле популяризации творчества
Подробнее >>
Словарь >> художника
Подробнее >>
Словарь >> как национального достояния.
По первоначальному замыслу альбом должен был заключать лишь 12 воспроизведений с картин
Подробнее >>
Словарь >> Репина. Но Яремич развил большую энергию, чтобы получить, при содействии Ильи Ефимовича, доступ в частные собрания и дать действительно лучшие картины
Подробнее >>
Словарь >> художника
Подробнее >>
Словарь >>. [См. письма С. П. Яремича к Репину
Подробнее >>
Словарь >> от 9 октября и от 21 ноября 1912 г., хранящиеся в репинском архиве в Академии художеств
Подробнее >>
Словарь >>.] В письме к Репину
Подробнее >>
Словарь >> от 21 ноября 1912 г. он просит разрешения видоизменить составленный, очевидно, ими вместе список картин
Подробнее >>
Словарь >> так, чтобы привлечь материал из петербургских коллекций (особенно настаивал Яремич на репродукции картин
Подробнее >>
Словарь >> из собраний Ермакова и Тенишевой). Благодаря инициативе, проявленной С. П. Яремичем, предварительный план в процессе работы над альбомом был значительно расширен: в нем даны 85 воспроизведений с репинских картин
Подробнее >>
Словарь >> и рисунков
Подробнее >>
Словарь >>.
Альбомом “Солнца России” не ограничилась работа С. П. Яремича по интерпретации репинского творчества
Подробнее >>
Словарь >>. В том же году в петербургском журнале “Жизнь за неделю” была напечатана другая статья Яремича о Репине, и в ней дополнительно раскрываются новые стороны творчества
Подробнее >>
Словарь >> художника
Подробнее >>
Словарь >>. [С. Яремич. И. Е. Репин
Подробнее >>
Словарь >>. — “Жизнь за неделю” 1913, № 3, от 30 октября.] И на этот раз с очевидностью выступает независимость суждений автора, особенно если вспомнить бурные толки о репинском таланте
Подробнее >>
Словарь >> после известного диспута в Политехническом музее
Подробнее >>
Словарь >> по поводу катастрофы, постигшей картину
Подробнее >>
Словарь >> Репина “Иван Грозный и его сын”. Максимилиан Волошин, основной докладчик на диспуте, выступавший от имени нового искусства
Подробнее >>
Словарь >> “под знаком Бубнового Валета”, утверждал, что реализм Репина есть антихудожественный натурализм, что “зло, принесенное репинским “Иоанном” за 30 лет, велико”, что в лице Балашова, пытавшегося уничтожить картину
Подробнее >>
Словарь >>, “мы имеем дело не с преступником, а с жертвой репинского произведения”, что поступок “несчастного Балашова” — “естественный и неизбежный эффект натурализма
Подробнее >>
Словарь >>”. [Максимилиан Волошин о Репине. М., изд. Оле-Лукойе, 1913.]
С. П. Яремич, руководивший в то время отделом искусства
Подробнее >>
Словарь >> в газете “Русская молва”, горячо отозвался на этот инцидент статьей “Иконоборцы”: “Известие о диком покушении на уничтожение картины
Подробнее >>
Словарь >> Репина “Иоанн Грозный и его сын” не может не поразить всех, кому дорого русское искусство. Репин
Подробнее >>
Словарь >> — одно из отрадных явлений
Подробнее >>
Словарь >> в русской живописи
Подробнее >>
Словарь >>. Ему удалось больше, чем кому бы то ни было, выразить художественный
Подробнее >>
Словарь >> смысл чаяний своей эпохи
Подробнее >>
Словарь >> и своей среды. Ни один художник до него не чувствовал с такой неудержимой страстью и с такой глубиной родную жизнь... Есть люди, которым невыносимо лицо таланта
Подробнее >>
Словарь >>, и чем прекраснее оно, тем больше вызывает ненависти. Покушаясь на произведение, они думают, что наносят удар творцу
Подробнее >>
Словарь >>. Это особый вид иконоборства, который всегда тлеет в низменных сторонах человеческой души”. [“Русская молва” 1913, № 37, от 17 января.]
Несколько месяцев спустя, в упомянутой уже нами статье, помещенной в журнале “Жизнь за неделю”, Яремич, говоря о своеобразии репинского реализма, как бы полемизирует с пресловутым докладом М. Волошина и критикует основные его положения: “Нередко приходится слышать упреки по адресу Репина, упреки тем более несправедливые, что они для поверхностного глаза имеют вид мнимой основательности: будто бы художник из личных
Подробнее >>
Словарь >>, эгоистических целей уделяет слишком много внимания в своих работах видным лицам текущего момента... Нет ничего нелепее подобного обвинения! Оно зиждется на полном непонимании основных свойств огромного дарования Репина. Вся прелесть его таланта
Подробнее >>
Словарь >> основана на чуткости и нервности наблюдения. Репин
Подробнее >>
Словарь >> не созерцатель, а наблюдатель, одаренный редчайшей способностью
Подробнее >>
Словарь >> понимания ценности момента... В его вещах горит свой собственный огонь, — может быть, и недобрый, — но зато яркий и сильный”. Автор особенно подчеркивает в Репине стремление работать “на родной почве”, тонко отмечает своеобразие репинской манеры
Подробнее >>
Словарь >> видеть и реалистически изображать жизнь: “Удивительное дело! Постоянная близость к жизни не сделала его мизантропом”. Что касается утверждения Волошина об “общественной опасности” картин
Подробнее >>
Словарь >> Репина, в силу наличия в них недозволенного моралью “диапазона ужасного”, который “ошеломляет, ошарашивает”, то Яремич для этой стороны творчества
Подробнее >>
Словарь >> художника
Подробнее >>
Словарь >> находит иные слова, вновь подчеркивая умение Репина видеть и “разоблачать”: “Особенность Репина, свидетельствующая о громадности размеров художественного
Подробнее >>
Словарь >> темперамента, укладывающегося с чисто наблюдательными способностями
Подробнее >>
Словарь >>, — это выражение исступленности, близкой к безумию. Это одно из излюбленных лиц Репина, к нему он возвращается постоянно (Иоанн Грозный, царевна Софья, Гоголь, Дуэль)... Большинство его картин
Подробнее >>
Словарь >> отмечено совершенно особым чувством, к которому как нельзя более подходит удачно найденное гениальным Шевченко определение — “драматический сарказм”.
ЧАСЫ СО СЛОНОМ (ОРУЖЕЙНАЯ ПАЛАТА). Этюд 1880-х гг.
Часы, изображенные здесь, относятся ко второй половине XVI века; они стояли на окне в Государевой комнате в Каменном тереме во время посольских приемов (ныне хранятся в Оружейной палате в Кремле). Этот этюд Репина демонстрировался под № 171 в разделе “Этюды
Подробнее >>
Словарь >> исторических вещей” на первой персональной выставке
Подробнее >>
Словарь >> произведений Репина в 1891 г.
Собрание А. И. Логиновой, Москва
Характерно стремление С. П. Яремича “объяснить” Репина и за границей. В январском номере парижского художественного
Подробнее >>
Словарь >> журнала “L’Art et les Artistes” за 1913 г. он поместил обширный очерк о русской живописи
Подробнее >>
Словарь >>, в котором отвел Репину
Подробнее >>
Словарь >> одно из главных мест, наряду с Левицким, Боровиковским, Кипренским и другими классиками русской школы. В этой статье Яремич писал: “У Репина большой темперамент и очень глубокое ощущение жизни. Неутомимый труженик, он пишет все, что видит. Его картины
Подробнее >>
Словарь >>, главным образом
Подробнее >>
Словарь >>, его портреты
Подробнее >>
Словарь >> — выдающиеся
Подробнее >>
Словарь >> документы эпохи
Подробнее >>
Словарь >>... Его роль в истории русского искусства
Подробнее >>
Словарь >> очень велика”. [S. Jаrеmitсh. La peinture russe, — “L’Art et les Artistes” 1913, январь, № 94; см. аннотацию об очерке Яремича в газете “Русская молва” 1913, № 27, от 7 января.]
Такой прямолинейной и устойчивой была позиция одного из “мирискусников” в пропаганде творчества
Подробнее >>
Словарь >> Репина. В результате переписки и личных
Подробнее >>
Словарь >> бесед у Репина с Яремичем установились дружественные отношения. В письме Яремича от 21 ноября 1912 г. есть упоминание об этюде
Подробнее >>
Словарь >>, который он начал писать специально для Репина: “Этюд, посвященный Вам, я уже начал писать и, как только окончу, пришлю Вам его на просмотр”.
Накануне нового 1913 г. Репин
Подробнее >>
Словарь >> пишет Яремичу записку в ответ на предложение сотрудничать в газете “Русская молва”.
31 дек[абря] 1912.
Куоккала.
Многоуважаемый Степан Петрович.
Благодарю Вас за предложение рисовать для газ[еты] “Русская молва”. Не могу принять: очень много своего дела; и жалеть об этом не стоит — я не мастер на эффектные рисунки
Подробнее >>
Словарь >> и делаю их только как этюды
Подробнее >>
Словарь >> к своим работам, и они интересны только мне.
С новым годом!
Ил. Репин
Подробнее >>
Словарь >>.
[На конверте: Степану Петровичу Яремичу. С.-Петербург, В. О., 17 линия, д. 2, кв. 11. Письмо принадлежит И. С. Зильберштейну; выдержка из письма приведена в книге С. Эрнста, Илья Ефимович Репин
Подробнее >>
Словарь >>, стр. 49.]
До конца дней Репин
Подробнее >>
Словарь >> относился к Яремичу без предвзятой настороженности и мнительности; по свидетельству самого Степана Петровича, он видел в нем “земляка”, художника
Подробнее >>
Словарь >> одной с ним биографии и ученика Ге, которого высоко ценил. Но вернее будет сказать, что общая страсть к искусству
Подробнее >>
Словарь >>, к природе и к жизни и, главное, связь с этой жизнью, — говоря словами цитированного выше письма Яремича, — действительно, сделала возможным взаимное понимание и доверие. Особенно ценил Репин
Подробнее >>
Словарь >> труд Яремича о Врубеле. За два года до смерти он вновь перечитал эту книгу и в письме к К. И. Чуковскому дал ей исключительно высокую оценку: “На днях Юра дал мне на прочтение “Врубеля”. Прекрасная вещь: умно, интересно и даже с художественностью написана... И Врубеля мне стало еще жальче и еще жальче. Ах, что за бедствие — вся жизнь этого многострадальца! И какие есть перлы его гениального таланта
Подробнее >>
Словарь >>”. [Корней Чуковский. Репин
Подробнее >>
Словарь >> (из моих воспоминаний). М., изд. “Искусство”, 1945, стр. 32.]
В последние годы жизни Репин
Подробнее >>
Словарь >>, вначале отрицательно относившийся к предложению К. И. Чуковского опубликовать свою “Автобиографию”, изменил свое решение после того, как узнал, что мемуары его будут изданы в знакомом ему Издательстве популяризации художественных
Подробнее >>
Словарь >> изданий (раньше оно называлось Издательством Общины св. Евгении) при ближайшем участии в этом деле Яремича: “Конечно, я об О-ве св. Евгении ничего не знал, — пишет Репин
Подробнее >>
Словарь >>, — а теперь — раз это Петр Иванович [П. И. Нерадовский — художник, был хранителем Русского музея
Подробнее >>
Словарь >>.] и Яремич, — то, разумеется, я с радостью предоставляю в их распоряжение издание моей книги... Яремичу кланяюсь и радуюсь, что книжка моя будет в опытных руках земляка”. [Из письма Репина к К. И. Чуковскому от 19 августа 1923 г. (журн. “Искусство” 1936, № 5, стр. 88 и 92).]